"… Строгий взгляд, фуражка, грудь вперед...
— Граждане, прошу не собираться!"
60 лет назад в
СССР мало думал о звании советского студента Леонид Лобасевич:
"Репортаж
Каждый
"отдыхает" по-своему
Суббота.
Окончилась напряженная трудовая неделя. Широко расправляет натруженные плечи
миллионный город — впереди заслуженный отдых. Уже к трем часам дня автобусные
остановки, железнодорожные и водные вокзалы начали осаждать неугомонные
туристы, рыболовы и просто любители природы. А чуть попозднее в гостеприимно
распахнутые двери театров, парков, концертных залов устремятся тысячи
новосибирцев. Но сегодня речь не о любителях-театралах. или
рекордсменах-рыболовах, а о тех, кто своим, с позволения сказать,
"отдыхом" позорит славное имя нашего города, мешает другим
по-настоящему отдыхать и работать.
Есть такой
Василий Иванович Новиков. Работает он в вагоне-ресторане станции
Новосибирск-главный. Человек пожилой. Пятнадцать дней ездит, пятнадцать
отдыхает. И вот когда оказывается дома, то лучшим "досугом" для него
становится водка. Напивается до такого состояния, что теряет человеческий
облик. Нецензурная брань, драки (а на них он большой мастер) отравляют на
пятнадцать дней жизнь соседей.
А в минувшую
субботу Василий Иванович придумал новый вид "развлечения".
— Милиция? —
кричит он из телефона-автомата магазина, —- срочно приезжайте! Я совершил
убийство!
Чувствовал
майор милиции Анатолий Иванович Бондаренко, что тревога ложная. Но ехать нужно,
вызов сделан. И несется по улицам города синяя "Волга", спешит
оперативная группа.
— Вот и гости,
— с пьяной улыбкой встречает Новиков. Ему страшно нравится его глупая шутка. А
скольких занятых людей оторвал этот престарелый хулиган от своих обязанностей!
— Конечно,
Новиков понесет суровое наказание, — говорит А. И. Бондаренко, — но, к
сожалению, он не одинок. Еще встречаются у нас такие любители. То пожарную
команду вызовут, то зря за десятки километров "Скорую помощь"
сгоняют. Но ни один телефонный хулиган не уходит от ответа за свои действия.
Ведь через две минуты мы определили, что Новиков звонил из телефона-автомата и
живет на Лесозаводской улице. На этой же улице "Волге" пришлось
остановиться еще раз. Прямо у ворот, в тени киоска газированной воды, сидят
двое. Перед ними расстеленная газета, на ней колбаса, хлеб, огурцы и, конечно,
водка. Два друга "готовятся" к поездке в Кудряшовский бор. Слесарь
Петр Николаевич Терехин, сняв очки, заплетающимся языком объясняет:
— Понимаете...
К дочке Оле в лагерь еду, она с детским садиком отдыхает.
Ничего не
скажешь, хороший подарок будет трехлетней Оле. Вид пьяного, еле переставляющего
ноги, отца...
А по рации уже
звучит новая команда:
— Срочно
выезжайте на улицу Станиславского. В молодежном общежитии непорядок...
Оказалось, что
ничего страшного не случилось. Администрация общежития и комсомольский штаб
сами утихомирили распоясавшегося Виктора Носова. Видите ли, ему захотелось
танцевать там, где не положено. А в ответ на сделанные замечания Носов полез в
драку.
И снова в
путь. Но что это? Троллейбусы, автобусы, «москвичи» при зеленом огне светофора
чуть ли не наезжают друг на друга. Слышится резкий звук тормозов... Это Леонид
Лобасевич решил продемонстрировать свою удаль перед городскими шоферами.
— Извините, —
говорит он в оправдание, — только не пишите обо мне. Я в торговый институт
поступаю. Прочтут, могут не принять.
А когда вы,
Лобасевич, своей хулиганской выходкой остановили десятки машин, две из которых
чуть не столкнулись друг с другом, вы думали о звании советского студента?
Несколько
часов мы провели с майором милиции А. И. Бондаренко. Побывали во всех районах
города. И что характерно, не встретили из ряда вон выходящего происшествия.
Мелкие хулиганские выходки. Но их, к сожалению, еще немало... Б. Эфрус".
("Вечерний
Новосибирск", 1965, № 203 (28 августа), с. 3).